Сайту требуется оплата, собираем посильную помощь ПОЖЕРТВОВАТЬ
Дышу Православием
Популярное:
<a href="http://thisismyurl.com/downloads/easy-random-posts/" title="Easy Random Posts"></a>

Ватикан и Православная Церковь

К оглавлению

ДЕЯНИЯ СОВЕЩАНИЯ ГЛАВ И ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ АВТОКЕФАЛЬНЫХ ПРАВОСЛАВНЫХ ЦЕРКВЕЙ В СВЯЗИ С ПРАЗДНОВАНИЕМ 500-ЛЕТИЯ АВТОКЕФАЛИИ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ


Доклад протопресвитера о. Гавриила Костельника: «Ватикан и Православная Церковь»

Святейший Патриарх Алексий: Слово для докладов на темы: «Ватикан и Православная Церковь» и «Римская Церковь и единство Христовой Церкви» предоставляется Протопресвитеру о. Гавриилу Костельнику.

Протопресвитер о. Гавриил Костельник: Ваши Святейшества, Ваши Блаженства, Ваши Высокопреосвященства и Преосвященства и все Досточтимое Собрание!

Прошу выслушать благосклонно мой первый доклад

ВАТИКАН И ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ

1. Папская «полнота власти»

Агрессия Ватикана является всеобщей, — она направлена против всей вселенной. Для некатоликов это последнее кажется фантазией, однако для римских богословов юрисдикция Римского папы по отношению ко всем людям, живущим во вселенной, совершенно логически вытекает из католических догматов о «полноте власти», plenitudo potestaiis римского архиерея. Один Христос, один и Его заместитель с полнотой власти — папа Римский. Следовательно, все люди, находящиеся во вселенной, принадлежат Христу и Его заместителю, Римскому папе. Я лично присутствовал на такой дискуссии, на которой римские богословы серьезно трактовали вопрос: «Подлежат ли марсиане, если только на Марсе живут люди, юрисдикции Римского папы».

Впрочем, этот вопрос был уже разрешен в 1302 г. буллой «Unam Sanctam» папы Бонифация XIII, установившей догмат, что для спасения является абсолютно необходимой вера в то, что каждое человеческое существо принадлежит юрисдикции римского архиерея.

Корень зла лежит в постоянном стремлении римских пап на протяжении всей истории представить свою безграничную жажду власти как божественное право, которое будто бы по наследству перешло к ним от ап. Петра, а также в том, что им удалось привить этот психоз всей Римско-католической Церкви. Не только Ватикан, но и весь клир Римской Церкви в этом пункте стал вполне бескритичным и как будто заколдованным. Говорить об агрессии Ватикана или всей Римской Церкви — это для них просто хула. Им якобы принадлежит такое «святое право», что они никому не могут наносить обид; ибо если все люди, согласно божественному постановлению, подчинены Ватикану, то все люди по отношению к , Ватикану бесправны, а как можно нанести обиду бесправному? Что мы называем агрессией Ватикана, это в глазах самого Ватикана является «исполнением его святой миссии, божественного мандата», чтобы всех людей привести ко спасению.

Очевидно, это не может осуществляться просто. Сначала необходимо так проиллюстрировать все исторические события, как будто у тех народов, которые не принадлежат к Римско-католической Церкви, все дурно и не достойно, а Римская Церковь — это якобы царство небесное. Таким образом, как будто, и сам процесс реального опыта оправдывает необходимость «божественного» установления папства и спасительность его «миссии» (агрессии!). В качестве примера сошлемся на то, как грек, священник латинского обряда в Италии, Николай Комнен

Попадопулос с 1692 г. жаловался на латинских церковных историков и полемистов: «Прежде всего, на веки раздражили эту нацию (греков) самыми постыдными писаниями все те, которые присвоили себе имя историков или полемистов, выдвигая при каждом удобном случае какой-то всеобщий гнев против греков. Бароний никогда не говорит о них иначе, как только с формальным презрением, однако с явной несправедливостью, так что если какой-нибудь греческий царь одержал победу, он пишет «Победили римляне» (византийские цари назывались «римскими»). Если же тот самый царь был побежден варварами, он пишет: «Греки наголову постыдно разбиты варварами». Если какой-нибудь греческий автор хвалит греков, то он лжец: если же он отзывается дурно, то он говорит правду. Когда Анастасий библиотекарь отзывается о них хорошо: «Он был приятелем Фотия»; когда же их осуждает: «Говорит, как евангелист». Не перечисляю мест, потому что им нет конца. Читайте этого великого автора, и для вас станет очевидным, что говорить так для него является обычным правилом; а также у него постоянная привычка называть греков лукавыми, неверными, обманщиками и т. п.» [1]

Вот на такой литературе воспитывается католический клир и становится верной армией Ватикана.

От агрессии Ватикана больше всего пострадал православный мир. Борьба римских пап против Востока продолжалась дольше всего; папы относились к Востоку с наибольшей ненавистью; катаклизм православных народов под напором наездников-магометан и татар давал папам и их сателлитам возможность вести острую и долговековую агрессию. Именно в борьбе против Греческой Церкви папы выработали свою догматическую теорию, психическое предрасположение и тактику агрессии. От греков папы добились и первой легализации для своей «полноты власти» на соборах в Лионе (1274) и Флоренции (1439).

В первом тысячелетии папы говорили только о «привилегиях» Римской Церкви. На соборах в Лионе и Флоренции в догматических определениях уже выразительно шла речь «о полноте власти» римского папы. Эволюция римских понятий устремлялась именно к понятию «pleni-tudo potestatis», как к магическому ключу для осуществления любой агрессии Ватикана. Если у папы «полнота власти» от самого Бога, то Ватикан вообще не может (хотя бы и желал) доходить до какой бы то ни было агрессии, ибо все в мире принадлежит ему, как не может ошибаться в учении, ибо Христос якобы обеспечил для него непогрешимость. Отсюда-то Ватиканский собор (1870) так возвеличил и поднял «полноту власти» римского архиерея: «Итак, если бы кто-нибудь сказал, что римскому архиерею присуща только функция (должность) надзора либо директирования (направления), а не полная и наивысшая власть юрисдикции по отношению ко всей Церкви и не только в вопросах, относящихся к вере и обычаям, но также и в тех, которые касаются дисциплины и управления церковью, распространенной во всем мире, либо что ему присущи только важнейшие части (отделы), а не вся полнота этой наивысшей власти, либо что эта его власть не вытекает из его должности (не есть ordinaria) и не является непосредственной как для всех Церквей и каждой в отдельности, так и для отдельных пастырей и верующих, такой да будет анафема».

Папская «полнота власти», подобно тому, как и папская «непогрешимость», это — завершение претензий средневековых пап, которые присваивали себе и наивысшую светскую власть над всем миром.

Жажда господства над всем миром отнимает зрение и разум у священников-воинов Римской Церкви. Загипнотизированные перспективой папской «полноты власти», они не видят и не понимают того, что делается в мире, ничего не знают и не могут знать объективно, только желали бы внушить свои болезненно экзальтированные стремления всему миру «ad majorem gloriam Romae» (к вящей славе Рима).

Римский клир непременно хочет иметь Бога на земле, чтобы именем этого Бога господствовать во всем мире.

Папская «полнота власти» для того и придумана, чтобы всю грешную политику Ватикана представить безгрешной, святой.

2. Агрессия Ватикана против Греческой Церкви

Агрессивность римских пап начала проявляться очень рано, еще во II (в споре о времени празднования Пасхи) и в III вв. (в споре о действительности крещения, совершенного еретиками). Как только, после окончательной гибели Иерусалима в 135 г., начало слагаться новое устройство Церкви, а именно, иерархическое достоинство епископских кафедр нормировалось в соответствии с иерархическим положением городов, римские епископы сразу же начали присваивать себе в Церкви положение, аналогичное тому, какое занимал в государстве римский император. Очевидно, для этого необходимо было найти какую-нибудь церковную мотивацию, и папы придумали легенду о том, что они унаследовали первенство власти от апостола Петра. Этот первый период папской агрессии, во II и III вв., можно бы назвать агрессией римских пап против апостольского устройства Церкви.

Второй период папской агрессии продолжался со времени перенесения столицы римских императоров в Византию (330) до времени Константинопольского Патриарха Фотия в IX в. В этот период римские папы подчиняют себе западные церкви: африканскую, испанскую, моравско-паннонскую и др., ссылаясь на свои «привилегии», а на Востоке борются против Византийских Патриархов, достоинство и значение которых все более возрастали.

Греческая проблема для римских пап была весьма трудной и небезопасной. Ведь по-гречески были написаны все новозаветные св. книги; в первые века вся Церковь, даже в самом Риме, была эллинистической; Восток был местопребыванием Патриархов; здесь была жива апостольская традиция, засвидетельствованная различными памятниками; с V в. в результате переселения народов Запад культурно приходил в упадок; все Вселенские Соборы происходили на Востоке; Византийское государство являлось эволюционным продолжением Римской империи и было самым сильным христианским государством до Карла Великого, нового римского цезаря. У римских пап были основания опасаться, что Греческая Церковь на веки затмит славу Римской Церкви. После раздела Римской империи на восточную и западную западно-римские цари примирились с тем, что они занимают только второе место, а первое принадлежит царям Нового Рима, т. е. Византии. Но римские папы никогда не примирялись с этим, поскольку речь шла о разделении Церкви на Восточную и Западную. Именно они являлись продолжателями традиций и стремлений Старого Рима и, после вековой упорной борьбы, они создали новое папство в форме римско-католической латинской Европы средних веков.

Пока папы находились в зависимости от византийских царей, до тех пор их борьба против Греческой Церкви сводилась только к борьбе против возвышения Константинопольских Патриархов. Папы боялись, чтобы и в Церкви не наступил такой порядок, как в государстве, т. е. чтобы Константинопольский Патриарх не оказался на первом месте, а римский на втором. Однако папы никогда не говорили об этом открыто, а мотивировали свою агрессию против Константинопольских Патриархов то канонами I Никейского Собора, то всяческими своими мнимыми юридическими выдумками. Образчики такой борьбы видим у двух «великих» пап этих веков-: у Льва I, который боролся против 28-го халкидонского канона, и у Григория I, который боролся против Константинопольского Патриарха Ионна Постника из-за того, что последний принял новый титул «Вселенского Патриарха». Эти высоко моральные (святые) лица в этом пункте оба прямо не владели собой, а говорили и действовали как бы в бреду. Византийского узурпатора-царя Фоку, убившего благородного царя Маврикия и всю его семью, Григорий I приветствовал словами: «Милостивый и благочестивый царь достиг престола», «пусть возрадуются небеса, пусть восклицает земля» и т. д. [2] Причина заключалась в том, что Маврикий поддерживал Иоанна Постника, а Фока считал, что лучше не спорить с Римом, и запретил Иоанну пользоваться титулом «Вселенского Патриарха». Политический расчет для всех пап был «suprema lex».

С IX в., с тех пор, как папы сделались независимыми от византийских царей и стали сами светскими королями и «отцами» новых римских царей, агрессия пап против Греческой Церкви уже принимает активные формы ликвидирования Греческой Церкви. Первой такой попыткой было стремление пап отобрать у Византийских Патриархов Болгарию. Болгария тогда занимала почти весь Балканский полуостров, следовательно, если бы папам это удалось, то Византия потеряла бы в Европе почву под ногами. Из-за такого гражданского политического интереса папы хватались за крайности: то аранжировали Собор против патриарха Фотия, то провозглашали этот Собор «несостоявшимся» и через своих легатов анафематствовали его, то признали его правомочным (это Восьмой Вселенский Собор по римскому исчислению); два раза предавали анафеме Фотия, анафематствовали всех греческих священнослужителей, находившихся в Болгарии, грозили предать анафеме и Патриарха Игнатия, своего приверженца, если он в течение одного месяца не отзовет всех греческих священнослужителей из Болгарии. Тем не менее эта великая агрессия римским папам не удалась.

Зато вполне удалось папам уничтожить греческий тип Церкви в Моравии и Паннонии — дело славянских апостолов св. Кирилла и Мефодия. В некоторые периоды могло казаться, что папы как будто благосклонно смотрят на это распространение греческих влияний на территории римского патриархата. Однако такая тактика пап была только для того, чтобы достигнуть более мелких политических выгод, пока не наступит время для достижения главного расчета. При помощи св. Мефодия папы, ссылаясь на свои «привилегии», отобрали Паннонию от Пассавских епископов. Для пап выгодно было в то время, когда они вели борьбу с Фотием, иметь под своей юрисдикцией покорных греков униатов. В действительности же отношение пап к св. Мефодию всегда было неискренним. Когда же Фотия не стало на константинопольском патриаршем престоле, а в Моравии усилились немецкие влияния, тогда папа Стефан V (885—891) сказал искреннее и последнее слово об униатской Моравской Церкви. Стоит привести его послание к моравскому князю Святополку, так как это послание все разъясняет.

Стефан V писал: «Мы узнали Вяхинга, честного епископа и самого дорогого собрата (Вихинг был латинским епископом в г. Нитре в Словакии), как человека, искусного в церковном учении, и потому послали его Вам дли управления Церковью, Богом ему вверенной, ибо мы убедились, что он для тебя наиболее верен и достаточно во всем заботится о тебе. А весьма удивились мы, что Мефодий предан суеверию, а не созиданию, суете, а не миру; мы его суеверия решительно осуждаем. А кто провозгласил анафему для оскорбления католической веры, анафема упадет на его голову. Но ты и твой народ будете невиновными перед судом Святого Духа, если только искренно будете придерживаться веры, которую проповедует Римская Церковь. А божественные богослужения и святые таинства и литургии, которые этот Мефодий дерзнул совершать на славянском языке, хотя над святейшим телом блаженного Петра под присягой и обязался больше этого не делать, мы, соблазняясь его бесправным преступлением, Божиим и нашим апостольским авторитетом клятвенно запрещаем, чтобы никто никаким образом не осмелился отныне этого делать… А упорствующих в непослушании, которые трудятся для раздора и соблазна, после первого и второго предостережения, если только они совершенно не обратятся, приказываем удалить из церковного общества как сеятелей плевел, и чтобы никакая паршивая овца не заразила целого стада, нашей силой приказываем их бичевать и от наших границ далеко прогнать»[3]. Здесь определенно сказано, что Мефодиевская (т. е. греческая) вера, хотя Мефодий и признавал Римского папу своим начальником, является «суеверием», каковую веру римские папы «решительно осуждают».

В это время в Риме уже упрочилось сознание, что «римско-католическая вера» единственно истинная, вследствие чего все греческое для римлян было только «суеверием». Точно также охарактеризована греческая вера и в известном польском «Проекте уничтожения Руси» (XVII в.): «Я, имея в себе кровь прежних поляков латинского обряда, желая от сердца осчастливить свою родину и все более и более распространить римско-католическую веру, для искоренения суеверий или каких-либо греческих обрядов и для введения вместо них святой веры Римской Церкви, — со своей стороны, считаю вот эти способы самыми успешными и наиболее спасительными и предлагаю их всем настоящим приверженцам веры и отечества». Такой дух господствует и до сих пор в Римской Церкви, ибо он рождается из самого замысла Римско-католической Церкви, а точнее: этот замысел рожден римским духом.

Римские папы и в позднейших веках выступали против греческого обряда на прежней территории Кирилло-Мефодиевской Церкви. Например, папа Иоанн XIII (965—972) писал Болеславу Чешскому о том, что он утверждает епископство при церкви св. Вита и св. Вячеслава и монастырь бенедиктинок при церкви св. Георгия мученика, «однако не по обряду или по секте болгарского народа, либо Руси (Ruziae), или на славянском языке, но более следуя апостольским постановлениям и декретам»[4]. Как видно, «апостольские постановления и декреты» для римских пап, когда они чувствуют себя в силе, совпадают только с такими, как письмо Стефана V, которые «решительно осуждают» веру Греческой Церкви, ибо считают ее «суеверием».

В XI в. папа Лев IX латинизировал Греческую Церковь в Южной Италии, и именно это было непосредственно причиной разрыва между Западной и Восточной Церквами. Константинопольский Патриарх Михаил Керуларий видел, как ранее Фотий, что римляне создали себе новую веру и идут походом против Греческой Церкви. А Лев IX уже был так уверен в себе, что совсем не думал считаться с греками. В Риме уже созревала мысль и надежда на то, что Восточную Церковь необходимо подчинить физической силой при первом удобном случае.

Такой случай представился чрез 44—45 лет позднее, во время Первого крестового похода. Молодой Запад под водительством Старого Рима почувствовал свою мощь и поставил своею целью завоевать весь христианский мир. Организаторы крестовых походов открыто проповедывали, что их целью является освобождение от ига магометан Св. Земли, главным образом Святого Города (Иерусалима) . Но для всех латинян было само собой понятно (ибо все этого желали), что в результате этой борьбы Римская Церковь должна подчинить себе весь христианский Восток, тот древний христианский мир, полный исторических святынь, без которого Римская Церковь словно дерево, стоящее только на одном разветвлении корня, а не на всем корне, должна покорить тот «схизматический» мир, который критикует Римскую Церковь и где-то глубоко в подсознании тревожит совесть латинян. Как только крестоносцы захватили Антиохию и Иерусалим, они сейчас же поставили там своих патриархов вместо «схизматических» (1098 и 1099).

До Цареграда дошла очередь во время Четвертого крестового похода в 1204 г. Захватив обманом Цареград, латиняне основали свое Восточно-Римское царство и поставили в Цареграде своего латинского патриарха и своих епископов по всей Греции. А на IV Латеранском соборе 1215 г. (который является по римскому исчислению XII Вселенским Собором) установили такой канон: «Заново определяем старые привилегии патриарших престолов, а именно, что после Римской Церкви, которая является матерью и учительницей всех верующих, Константинопольская Церковь занимает первое место, Александрийская второе, Антиохийская третье, а Иерусалимская четвертое. Когда предстоятели этих Церквей, принесши присягу верности и послушания, получат от папы пал-лиум (омофор), тогда они могут давать паллиум и епископам, которые им подчиняются. Крест нести перед собой они могут повелеть везде, за исключением Рима и там, где присутствует папа либо его легат. Во всех подчиненных им провинциях можно апеллировать к ним от суда епископов, без препятствия в апелляциях к апостольской столице, с каковыми все должны считаться»[5].

Характерно, что Рим здесь признал второе место за Цареградской Церковью, против чего боролся в продолжение всех веков, начиная с V в. Но «привилегии», которые IV Латерапский собор признал для Восточных Патриархов, уже не были «старыми привилегиями», которыми пользовались Восточные Патриархи. Рим дал Востоку свое новое церковное устройство с папой-монархом во главе. Рим совершенно не смущался тем, что эта новость на Востоке представлялась совсем бессмысленной.

На Западе Рим мог называть себя «апостольской столицей» simpliciter (единственной); но ведь на Востоке, где находятся Иерусалим и Антиохия, употребление этого наименования только в применении к одному Риму является прямо бессмысленным.

В крестовых походах было больше романтики, чем организованной силы. В 1261 г. Михаил Палеолог с малыми силами (а также хитростью) прогнал латинян из Цареграда. Папа Урбан IV призывал Западную Европу к крестовому походу, чтобы снова овладеть Цареградом. Михаил Палеолог предложил папе церковную унию. Папа согласился. Но греческий народ так возненавидел латинян, что предпринятое дело шло с большим трудом для Палеолога. Уния была утверждена только в 1274 г. на Лионском соборе (XIV Вселенском по римскому исчислению). Рим вынудил от немощных греков признание, что «Римская Церковь удерживает наивысшее и полное первенство и верховенство над всей католической церковью, которые она получила с полнотой власти от самого Господа в блаженном Петре, князе и начальнике апостолов». Для начала и этого было достаточно: полная юрисдикция над Греческой Церковью.

Когда Карл Анжуйский вооружился и пошел войной против Цареграда, папа Мартин IV объявил, что Михаил Палеолог низложен с престола, как «покровитель схизмы и ереси». И снова здесь встречаем то же искреннее папское слово, которое впервые произнес папа Стефан V: когда греки даже находятся в унии с папой, то для пап уже самый греческий обряд является «суеверием», «схизмой и ересью».

Михаил Палеолог разбил войска Карла Анжуйского под Белградом в Сербии в 1283 г. и вскоре после этого умер. Его уния постыдно провалилась. Однако Рим совсем не думал отказываться от своей агрессии против Православной Церкви, хотя бы только в форме унии.

В XV в., когда в Западной Церкви произошло внутреннее разделение из-за гипертрофии папства, когда «Вселенский» Собор заседал в Базале, а папа Евгений IV с небольшим числом своих приверженцев-епископов в Ферраре, а после во Флоренции, обессиленные греки, которым вот-вот уже суждено было пасть, снова заключили унию с Римом во Флоренции в 1439 г. и снова признали за папой (теперь уже определенно за папой, а не за Римской Церковью) «полноту власти».

Цареград турки заняли в 1453 г., и греческая уния с Римом оказалась большим политическим неуспехом. С этого времени Ватикан уже не уделял большого внимания Греческой Церкви, так как она потеряла свое первоначальное значение. Но, как мы уже говорили, римские папы именно в борьбе с Греческой Церковью выработали себе тактику агрессии против Православной Церкви вообще. И когда им представлялся случай, то у них уже имелись испытанные планы, как искусить болгар, сербов, румын, Русь.

Ватикан и до сих пор не думает отказываться от своих исторических достижений на Востоке, хотя эти достижения давным-давно являются только воспоминаниями. Что было ватиканским, то никогда не может пропасть, по крайней мере, в представлении самого Ватикана. В 1848 г. возобновлен латинский патриархат в Иерусалиме. А лагинские патриархи александрийский, антиохийский и константинопольский пребывают в Римской курии на положении только титулярных. Это, очевидно, для того, чтобы «urbi et orbi» (Риму и миру) свидетельствовать о том, что Ватикан является законным обладателем древнего Христианского Востока.

Кроме того, на Востоке находятся еще и униатские римские, новейшие патриархи: антиохийские — три (греческо-мелхитский, живущий в Дамаске; маронитский в Бкорке; сирийский в Бейруте); халдейский с титулом «вавилонский» (живет в Моссуле); коптский с наименованием «александрийский» (живет в Каире): наконец с 1886 г. восточно-индийский патриарх (живет в Гоа).

Ватикан не скупится при раздаче достоинств, если они поднимают его значение.

От итало-греков осталось (в Южной Италии и Сицилии) около 60 000, все они униаты, с 1919 г. имеют своего епископа (живет в Лунгро).

С XIX в. Ватикан устремляется на подчинение мира посредством своих миссий. Миссии — колоссальный аппарат, который в 1934 г. насчитывал 18028 священников, 8755 «братьев», 50 555 монахинь, 62 087 учителей и учительниц, 74 147 законоучителей, 771 госпиталь, 1971 сиротский приют, 428 домов для стариков; для образования туземного клира существовало в этому году 400 семинарий с 18000 семинаристов; годичный расход по содержанию этого аппарата составлял один миллиард лир.

В римско-католических миссиях принимают участие разного рода монашеские ордена, которых в Римско-католической Церкви очень много. Миссию Римско-католическая Церковь ведет не только среди язычников, но также среди православных и протестантов без всякого ограничения (как бы это выглядело, если бы Православная Церковь вела свою миссию, например, в Риме!). Руководство работой принадлежит римской «Конгрегации для распространения веры», из которой в 1917 г. выделена «Конгрегация для Восточной Церкви». Где только на Ближнем Востоке окажется несколько тысяч оседлых римо-католиков, там Ватикан уже ставит своего епископа и организовывает миссии (школы, госпитали и т. п.). Так, в Цареграде есть «апостольский делегат», латинский епископ для 18 000 римо-католиков, рассеянных по всей Турции. Но ведь римско-католические монашеские школы в 1925 г. посещало 10000 учеников, очевидно, преимущественно православных, а это что-нибудь да значит. Кроме того, в Цареграде с 1928 г. имеется униатско-римский архиепископ для 7000 армян и униатско-римский епископ для греков, которых насчитывается 300 человек!

В Афинах с 1875 г. находится латинский архиепископ для 26 000 верующих; униатско-римский епископ для греков, которых 1800 чел. и униатско-римский епископ для 2000 армян.

Иерусалимский латинский патриархат простирается на Палестину с Трансиорданией и остров Кипр; в 1928 г. на этой территории находилось 41 147 римо-католиков в 50 приходах. Кроме приходского духовенства, в Святой Земле действуют 36 римско-католических мужских монастырей с общим числом монахов 459, а также 96 женских монастырей с 872 монахинями[6].

Титулярным епископам Римская Церковь дает титул какой-нибудь древней, уже не существующей епархии. Униатских титулярных епископов именует названиями каких-нибудь прежних восточных, уже не существующих епархий (напр., украинским униатским титулярным епископам, суфраганам, дает титул какой-нибудь одной из древних, уже не существующих епархий в Малой Азии).

Все это Ватикан проделывает для того, чтобы и на практике показать, что у него действительно имеется «plenitude potestatis».

3. От Адриатического до Белого моря

Болгария

Ватикан всегда стремился подчинить себе славянские Церкви. Начнем с Болгарии.

Болгары в своей ориентации несколько раз колебались между Византией и Римом, боясь слишком большой зависимости от Византии ввиду близкого соседства. Так колебался уже первый христианский болгарский князь Борис-Михаил. Крестившись в Византии, он вскоре разошелся с Византией и попросил миссионеров из Рима; однако через три года порвал сношения с Римом и снова присоединился к Византии. Папа Иоанн VIII (872—882) готов был перевернуть землю и небо, лишь бы снова приобрести себе Болгарию. Кроме давления на Греческую Церковь, Иоанн VIII то привлекал князя Бориса, то грозил ему наказаниями здешнего и загробного мира. Для примера приведем одно из его посланий, адресованное князю Борису: «Итак, мы вынуждены воспользоваться этой властью, как и наши предшественники, не взирая на наше недостоинство, и если Вы не исправите того, что сделали, то мы не упустим случая наложить на Вас проклятие, и в нынешнем веке, в этом мире, ощутительно накажем Вас, а также и в будущем (в том мире), насколько лишь можем»[7]. Однако князь Борис не поддался запугиваниям.

К папе за короной обращались болгарские цари: Симеон (893—927), Самуил (977—1014) и Калоян (1197— 1207). Эта последняя уния продолжалась до 1235 г., когда царь Асан II, противодействуя восточно-латинскому царству, присоединился к греческому патриархату в Никее. В 1393 г. турки покорили Болгарию. С этого времени Болгарская Церковь безмерно страдала от византийских «фанариотов», которые денационализировали Болгарскую Церковь.

В I860 г. группа болгар (сперва в самом Цареграде) воссоединилась с Римской Церковью, надеясь, таким образом, освободить болгарский народ от Византийской Церкви. Хотя Византийский патриархат вел гибельную политику по отношению к Болгарской Церкви, объявив ее в 1872 г. раскольнической, и такое положение продолжалось до наших дней, когда этот искусственный раскол был ликвидирован усилиями Московского и всея Руси Святейшего Патриарха Алексия, все же Болгарская уния после первоначального роста падала и падает. В 1926 г. Ватикан возобновил для 3 700 болгар-униатов униатское епископ ство с местопребыванием его в Софии.

Кроме того, в Болгарии имеются два латинских епископа: никопольский (живет в Рущуке) для 16608 католиков и софийский для 21 231 католика. Верующих немного, тем не менее миссионерские латинские школы просто надиво процветают в Болгарии: в 1928 г. было 22 нэ ι чальных католических школы, 14 гимназий, 2 прогимназии с 8700 учениками и ученицами.

Сербия (Югославия)

Рим и Византия разделили сербско-хорватский народ на два народа: на хорватов, географически расположенных ближе к Риму, и на сербов, расположенных ближе к Византии. Несомненно, римские папы стремились перетянуть на свою сторону и сербов. И если бы не св. Савва, сын великого жупана Стефана Немани, то сербы, вероятно, были бы окатоличены. Уже Михаил Воислав, великий князь Зеты, расположенной на западе, перешел на сторону папы Григория VII. Великий жупан Стефан Неманя, объединивший сербские земли в 1183 г., находился в церковных сношениях с Византией. По примеру своего самого младшего сына Саввы (Растка) под конец жизни своей и он сделался монахом на Афоне, а государство отдал своему второму сыну Стефану. Самый старший сын Вукан, жупан Зеты, где живы были католические традиции, при помощи папы Иннокентия III отобрал государство от своего брата, однако Стефан вскоре победил его. Стефан тоже обратился в Рим и папский легат короновал его в 1217 г. Это были трудные времена для Православия, когда латиняне сидели в Цареграде. Однако св. Савва отговорил брата от подчинения Риму ив 1221 г. сам (как сербский архиепископ) венчал его именем Православной Церкви. С этого времени Сербская Церковь уже твердо держалась Православия.

В Далматии во время венецианского господства (XV—XVIII вв.) много сербов окатоличилось, так как Венеция не разрешала православным далматинцам иметь своего епископа.

На переломе XVI и XVIII вв. много сербов убежало из Старой Сербии, Боснии и Герцеговины от турок и поселилось в Южной Венгрии, в Славонии и Хорватии. Австрийское правительство нажимало на этих сербов-эмигрантов, которые оказались на территории бывшей Австро-Венгрии, чтобы они приняли церковную унию с Римом. Один из сербских епископов-эмигрантов, Симеон Братаня из Боснии, воссоединился с Римом в 1611 г. и с ним вместе якобы воссоединился весь народ, который с ним убежал и осел около Загреба. От этой унии осталось доныне одно лишь униатское епископство в Югославии с местопребыванием епископа в Крыжевах (недалеко от Загреба). Из сербов в унии остались только так называемые «кумберчане» (от немецкого названия прежней, там расположенной, крепости Sicheiburg) или «ускоки» (беглецы), которые живут в горах на границе Словении в числе 7000 душ. Они сделались хорватами только благодаря унии. В 1777 г. к Крыжевскому епископству присоединены украинцы — колонисты в Бачко (в Южной Венгрии между Дунаем и Тиссой). А после первой мировой войны присоединены к Крыжевской епархии также украинцы-колонисты в Боснии, переселившиеся туда из Галиции в 1890—1910 гг. Всех верующих в Крыжевской епархии насчитывается 48 000, из них укр аинцев около сорока тысяч.

Поучительна статистика православных и католиков в Югославии. В 1931 г. православных было 6793000 человек, священников 3200; католиков было 5 266 000 человек и 3800 священников.

Румыния

Румыны, в зависимости от болгар, приняли не только православную веру, но и старославянский язык как богослужебный. Румыны — единственный романский народ, оказавшийся в лоне Православной Церкви. Само собой понятно, что римские папы уже с самых давних времен особенно стремились приобрести для себя этот романский народ. Уже с XIII в. папы основывали епископства то в Валахии, то в Молдавии, однако из этого ничего не получалось. В 1810 г. Ватикан основал латинское епископство в Бухаресте для Валахии; в 1843 г. в Марцианополе для Молдавии; в 1848 г. в Никополе для Добруджи. Дольше всего удержалось епископство в Бухаресте. В 1883 г. его возобновили, а для Молдавии основали латинское епископство в Яссах. Римо-католиками в коренной Румынии являются нахлынувшие немцы, венгры и поляки (католиков немцев до 1939 г. там было 40000). В 1932 г в «Великой Румынии» было 1 700 000 римо-католикоз 832 священника, 420 монахов и 1 875 монахинь; архиепископ в Бухаресте, епископы в Альба Юлии, Сатумаре-Орадеамаре, Темишуары и в Яссах.

В Семиградии в XVII в. румыны влачили жалкое существование под гнетом венгров и немцев. Иезуиты подготовили унию с Римом, которую одна часть румын приняла в 1697—1700гг. Униатов-румын имеется 1400000; столицей митрополита является г. Блаж (Blaj), епископские кафедры: в Орадеамаре, Лугоже, Клюже (Kluj) и Герла.

Русь

На Русь папы смотрели хищными глазами с самого начала христианства в Киевском государстве, однако до татарского нашествия они не имели никакого успеха. Усилия Григория VII (по просьбе князя Изяслава Ярославича), Климента III, Александра III, Иннокентия III, Гонория III не встретили отклика на Руси. Доминиканская миссия в 1233 г. была изгнана из Киева.

Надеясь получить от папы военную помощь (крестовый поход) против татар, галицкий князь Даниил Романович подчинился юрисдикции папы Иннокентия IV и получил от него королевскую корону в 1253 г. Когда же помощь не была оказана, а татары продолжали угрожать, Даниил Романович порвал сношения с Римом.

Со времени захвата Галиции поляками, в 1340— 1349 гг., началось последовательное уничтожение Галицкой Православной Церкви и культивирование латинской. Папа Григорий XI своей буллой «Debitum pastorales officii» от 1375 г. приказал удалить православных епископов с кафедр в Перемышле, Галиче, Владимире и Холме, а на их место поставить латинян.

В этом духе особенно ревностно действовал король Ягайло. Были основаны латинские епископские кафедры во Львове и Перемышле; у перемышльских православных епископов отобрали соборную церковь; они, как бездомные, пребывали в Спасе и в Самборе; галицкое православное епископство было ликвидирован0.

Флорентийския уния не оставила по себе никаких заметнейших следов в Православной Церкви в старой Польше и Литве, главным образом потому, что ее в Москве уже с самого начала не приняли, а также потому, что с падением Цареграда в 1453 г. она потеряла свое значение.

После Люблинской унии в 1569 г. положение Православной Церкви значительно ухудшилось. Очарованные успешной борьбой с протестантизмом в Европе и в Польше, иезуиты повели штурм, чтобы всю Русь подчинить Ватикану (Поссевин у царя Ивана Грозного, Скарга в Польше). Результатом этого штурма была Брестская уния в 1596 г. и польские ставленники Лже-Дмитрия в России. Россия вышла невредимой из этих ватикано-польских интриг. А Русь в Польше то все больше и больше полонизировалась, то бунтовалась против унии и Польши. Если бы не Богдан Хмельницкий и не раздел Польши, то белорусский и украинский народы, вероятно, полностью были бы полонизированы вследствие унии.

Венгрия во время династии Арпадовичей находилась на пути к тому, чтобы сделаться славянским государством и преимущественно православным. Этот ход истории прервал Ватикан, прислав в 1303 г. Роберта Анжуйскою занять престол короля Венгрии. Анжуйцам Ватикан точно так же приказал уничтожать Православную Церковь, как и польским королям. Это они и делали, особенно сын Роберта Людовик Великий (который одновременно был и польским королем).

Брестская уния была образцом и руководством для унии сербского епископа Симеона Братани, для румын в Семиградии и для унии закарпатских украинцев, которая, под давлением венгров, зародилась в 1649 г.

В России все униаты воссоединились со своей Матерью Православной Церковью. Уния осталась только в Австро-Венгрии и в Америке. В Галиции до 1939 г. было 3 униатских епархии: львовская (митрополия), пере-мышльская и станиславская; всех верующих было 3 900 000. На Закарпатье была епархия ужгородская и пряшевская, верующих — 556 000. В Венгрии имеется гайду-дорожская епархия, верующих—142000 (венгров, которые стали венграми из украинцев вследствие унии; их богослужебный язык — венгерский) В Югославии — крыжевская епархия, верующих (украинцев) — 40 000. В США две украинские епархии: одна, с местопребыванием епископа в Филадельфии, для эмигрантов из Галиции, верующих 250 000; вторая с центром в Гомстед, для эмигрантов из Закарпатья, верующих 300 000. В Южной Америке есть 100000 украинцев униатов без своего епископа. Замечаем, что статистика верующих униатов в Закарпатье и Америке не является точной, ибо там уже после первой мировой войны началось разложение унии в пользу Православия.

В царской России в XIX в. римо-католики (главным образом поляки) имели свои костелы почти во всех больших городах и их число все увеличивалось. Ватикан и доныне не расстался с тенденциями овладения Россией. В 1925 г. при римской «Конгрегации для Восточной Церкви» основана «Комиссия для России», которая в 1930 г. сделалась самостоятельной. В Польше Пилсудского новые униаты, творцы «унии восточного обряда», и старые униаты типа Станиславского епископа Григория Хомышина не скрывали своих надежд на то, что революция дотла уничтожит Православную Церковь в Советском Союзе, после чего проникнет туда Римско-католическая Церковь и «оживит пустыню».

И если Ватикан сейчас призывает к «крестовым походам» против СССР, то он надеется в этой агрессии осуществить многовековые мечты римских пап о подчинении своему влиянию Русской Православной Церкви.

  1. Бродович, Widok przemocy, Львов, 1861, ч. 2, стр. 62.
  2. Энциклопедический Словарь Брокгауза и Ефрона, см. Фок а.
  3. Migne, Pair, lat., t. 129, col. 802—804.
  4. Migne, Patr. lat., t. 135, col. 997.
  5. Hefele, Conciliengeschichte, Freiburg in Br. 1886, В. V, SS. 882-883.
  6. Все статистические данные в этом докладе взяты из католического источника: Buchlerger Lexicon fur Theologie u. Kirche. Freiburg in Br. 1935.
  7. Migne. Pair, lat., t. 126, col. 938,
Радио «Вера»
Наши друзья


© 2015-2019. dishupravoslaviem.ru. Все права защищены.


Статистика просмотров сайта


Яндекс.Метрика