Сайту требуется оплата, собираем посильную помощь ПОЖЕРТВОВАТЬ
Дышу Православием
<a href="http://thisismyurl.com/downloads/easy-random-posts/" title="Easy Random Posts">Easy Random Posts</a>

Телевизор — девять плодов телевидения

Телевизор - девять плодов телевиденияТелевизор — девять плодов телевидения

Я сижу перед телеэкраном в темноте сверкающим гроздно. Прокаженный новейшей проказой, пью глазами его колдовство. Соблазняют меня оба глаза. Я не вырвал ни одного.

(Александр Ткаченко)

Несмотря на то, что ТВ само по себе нравственно нейтрально, попробуем обратить внимание на последствия неразборчивого к нему отношения:

• Телевидение способно пленять душу, вызывая сильнейшую зависимость от информации и зрелищ. Попробуйте сознательно не смотреть телевизор всего один месяц и вы почувствуете эту зависимость. Даже взрослый человек с его устойчивой психикой не может противостоять этому воздействию, что уж говорить про ребенка.

• Мы ежедневно пытаемся попасть в иллюзорный мир телевидения, чтобы уйти от реального мира.

• Телевизор сделал преступление и жестокость обыденностью. Он вовлекает нас в сцены жестокости, гнева, «красивой жизни» и пробуждает в душе соответствующие страсти.

• Для обсуждения нам открыта жизнь сотен известных людей, мы тешим себя «причастностью» к жизни знаменитостей.

• Телевидение является отражением жизни, зачастую искаженным. Оно дает ложное ощущение опытности.

• Новостные программы формируют иллюзию участия в политических событиях, хотя информация подается «переработанная», дозированная и часто негативная.

• Ум постоянно занят, но это не приносит никакого плода, а отнимает массу времени.

• Человек не обращает внимания на свой внутренний мир, он как будто живет в театре с непрекращающимися представлениями.

• Телевизор потакает низменным страстям человека, так проще привлечь внимание, ведь телевидение – это бизнес, одна из целей которого – продажа рекламы.

Липучий «друг семьи»

С некоторых пор я заметил, что стал пристрастен к телевизору. Мне все время хочется его смотреть, взгляд сам к нему прилипает. Даже когда в этом нет особой необходимости. Смотрю его утром, перед уходом на работу. Смотрю вечером, когда возвращаюсь с работы и хочется развлечься и отвлечься. И вроде бы не чушь какую-нибудь, а вполне пристойные передачи или детективные сериалы. При этом постоянно ловля себя на мысли, что попусту трачу время, а выключить не получается. Может быть, я собрался бы с духом и выкинул его. Но мои родные меня не поймут. Для них телевизор – «друг семьи».

Иван

Отвечает протоиерей Федор Бородин, настоятель храма Космы и Дамиана на Маросейке:

– При любой зависимости, в том числе и телевизионной, нужно выделить дни, когда ты можешь воздерживаться от предмета своей зависимости (например, не смотреть телевизор в посты и постные дни, в среду и пятницу). Ведь многие люди, чтобы бросить курить, начинают с ограничения числа сигарет в этот день. Этот же принцип подойдет и здесь. Хотя, конечно, если живешь в семье и домочадцы во время завтрака или ужина смотрят телевизор, то даже если спиной в этот момент сидишь к нему, очень тяжело бороться с собой.

Вторая сторона вопроса – почему у человека возникает привычка смотреть телевизор? Скорей всего потому, что его собственная жизнь скучна и он не знает или не хочет наполнить ее глубоким содержанием. В ней нет серьезных духовных переживаний, которых требует душа. Он боится одиночества, боится тишины, потому что в этом случае придется думать, почему ему так скучно, нужно будет что-то менять в своей жизни, а это определенные усилия, может быть, жертвы и ответственность. Проще жить жизнью других людей, вымышленных героев, ничего не меняя в своей.

Таким образом, если кто-то хочет избавиться от пристрастия к телевизору, нужно углублять свою собственную жизнь. Ездить в интересные, развивающие мировоззрение поездки, читать серьезные книги или, в крайнем случае, смотреть серьезные фильмы. Часть времени, которое человек тратит на телевизор, можно же заменить чтением книг (духовной литературы, книг по истории или культуре). Известно, что чтение книг требует большей работы интеллекта, чем просмотр телевизора. Человек, много читающий, почти не смотрит телевизор, и наоборот – кто много смотрит телевизор, обычно не любит и не умеет читать.

Пост и телефильмы

Многие христиане считают, что пост установлен только для того, чтобы подчинить тело душе. Святитель Григорий Богослов назвал тело «ночной и страстной служанкой». Душа — царица, тело — ее раба, которая должна участвовать в славе своей царицы. Но эта «раба» своенравная, непослушная, склонная к мятежам, и поэтому ее часто надо силой принуждать к повиновению.
Однако это лишь одна сторона поста. Есть другая, еще более важная, то, что святые Отцы называли «духовным постом».
Человек состоит из души и тела, но в самой душе можно различить две не сливающиеся друг с другом силы: первая — обращенность к вечности, к тому, что стоит над текущим потоком земного бытия, — способность души к богообщению святые Отцы называли духом; вторая сила — обращенность к земле, совокупность познавательных сил: рассудка, воображения, памяти, а также чувственные влечения, эмоциональные переживания и, наконец, генетически вложенные инстинкты, без которых человек не мог бы существовать ни одного дня.
Главное в человеке — дух; в духе — образ и подобие Божие, дух отделяет человека как бы глубокой пропастью от всех остальных обитателей земли. В духе вложена целевая идея человека — вечное богообщение. Насколько человек живет духовно, настолько он живет достойно своего предназначения; это единственная возможность иметь радость и мир в земной жизни, в этом море страданий. У некоторых христиан такой триметрический взгляд на природу человека (дух, душа и тело) вызывает представление о душе как о чем-то низменном и недостойном в сравнении с духом. Это не так. Без душевных способностей невозможна была бы для человека земная жизнь и, следовательно, формирование его как нравственной личности для вечной жизни.
В самой природе человека нет ничего скверного и низменного; скверное — это извращение воли, разрушение иерархии и правильной соподчиненности способностей и сил человека; низменное и недостойное — это страсти и грех. В нашем наличном, а вернее, падшем состоянии тело проявляет себя непокорным душе, а душа — непокорной духу.
Поэтому пост — это не только укрощение тела, но прежде всего — укрощение душевных страстей для того, чтобы мог пробудиться и действовать дух.
Пост телесный подразумевает: 1) ограничение в пище; 2) употребление особого вида пищи; 3) редкий прием пищи.
Душевный пост также должен включать в себя: 1) ограничение внешних впечатлений — пищи души, информации, которую привык получать человек ежедневно в огромных объемах, подобных «пиршествам Гаргантюа»; 2) контроль над информацией, то есть над качеством пищи, которую получает душа, исключение того, что раздражает страсти; 3) редкий прием пищи, то есть периоды уединения, молчания, безмолвия, пребывания с самим собой, которые дают человеку возможность познать свои грехи и осуществить главную цель поста — покаяние.
С постом несовместимы все виды развлечений и зрелищ, бесконтрольное чтение, продолжительные разговоры, шутливый тон, посещение тех мест и домов, где царит мирской, нецерковный дух, — все то, что рассеивает человека, отключает ум от молитвы, а сердце от покаяния.
Наши страсти тесно связаны с чувственными образами. Страсть появляется в сознании в виде греховного образа; и наоборот, греховный образ, воспринятый со стороны, возбуждает страсть в нашем сердце (преподобная Синклитикия называла глаза окнами смерти). Сценой, на которой непрестанно демонстрируются человеческие страсти во всем их разнообразии, эффектности и изощренности, в наше время является телевизор. Он похож на источник постоянной радиации, который облучает смертоносным стронцием психику людей.
Телевизор держит человека в страстном напряжении, как будто в пространстве его экрана заключен сгусток всех чувственных эмоций, страстей, похоти, жестокости, преступлений. То, с чем человек в прошлые века мог — и то случайно — соприкоснуться несколько раз в жизни (скажем, картина убийства), теперь он видит каждый день. Широкими волнами с телеэкрана льется мутный поток на седовласых стариков, девушек и малых детей. Кажется, что телевизор поймал земной шар, как мяч, в свою сетку. Он дотянулся до вершин гор, проник в тундру и тайгу, вошел, как хозяин, почти в каждый дом.
Телевизор потакает самым низменным страстям человека; даже в как будто нравственных постановках вкраплены сексуальные сцены, может быть, из опасения, что зритель заснет от излишней морализации, а иногда эти сцены представляют собой главное содержание всей передачи. Человек, включая телевизор, добровольно включает себя в поле душевной грязи.
Говорят, что демоны сами не могут совершать блуд, но обитают около тех мест, где творится мерзкий грех, мысленно наслаждаясь им, по выражению древних писателей: «обоняя смрад блуда и крови».
Подобно этому зрители теле- и видеофильмов питаются «медитацией секса» и в то же время без всякого зазрения совести считают себя самыми порядочными людьми: они оскорбились бы и пришли в негодование, если бы кто-то назвал их духовными развратниками и блудниками.
Некоторые говорят, что они совершенно бесстрастно смотрят эротические фильмы. Это самообман: если бы они были бесстрастны, то не теряли бы время на подобное занятие; именно плененная страстями душа приковывает их к телевизору, и они отходят неудовлетворенными, если случайно не получат привычного для них «допинга».
В древнее время Церковь на долгие годы отлучала от причастия блудников, так как этот грех пропитывает смрадным ядом все поры души и тела, и нужно продолжительное время, чтобы человек очистился и отрезвился, встал бы снова на ноги, как после тяжелой болезни.
Блудник духовно мертв, пока не принесет искреннего покаяния и не исполнит епитимии. После эротических передач по телевизору человек приходит в церковь так, как мертвого приносят для отпевания; стоит в храме, но его нет. Там его тело, как гроб, а душа глуха и слепа, как труп, она не чувствует благодати, не может искренне молиться. Покаяние подразумевает волевое желание и решимость больше не совершать грех, а здесь человек обычно, возвратившись домой из церкви (иногда даже после причастия), проводит часы около телевизора.
Он не только духовно опустошен, в нем постепенно отмирает сама способность искренне каяться, то есть возможность вернуть потерянную благодать.
Другая «инъекция зла», которую получает человек от телевизора, — это серия убийств и насилий, к которым он привыкает.
В древнем Риме борьба гладиаторов в цирке, бой людей с дикими зверями и другие подобные «развлечения» привлекали десятки тысяч зрителей. Девиз римской толпы был: «хлеба и зрелищ», как будто в этих словах заключалась вся их жизнь. А самым захватывающим зрелищем для толпы являлась льющаяся кровь и предсмертная агония.
Телевизор делает из людей садистов, которые спокойно и с тайным наслаждением смотрят на сцены убийств. Если бы в них оставались человеческая любовь и сострадание, то они в ужасе отвернулись бы от этого кошмара. Телевизор сделал преступление и жестокость обыденностью. Попробуй кто-нибудь сказать, что ему противно и страшно смотреть на сцены насилия и убийств, его посчитают за истерика и нервнобольного. Если человек скажет, что считает ниже достоинства христианина смотреть на сексуальные картины, то ему открыто заявят, что он «ханжа», имеющий отжившие старомодные взгляды.
Душа имеет три способности: разум, эмоцию и волю. От неразлучной дружбы с телевизором воля у человека обессиливается, как у тех, кто часто принимает сеансы гипноза; чувство притупляется и требует новых острых ощущений и «допингов», а разум становится порабощенным сменяющими друг друга картинами, которые заставляют его жить в каком-то фантастическом мире, в постоянно продолжающейся фантасмагории.
У разума две силы: образное и словесное мышление. Слишком обильная, неуправляемая информация развивает низшую механическую память, но подавляет творческую силу и энергию. Человек, беспрерывно получающий обильную пищу, становится бесформенной грудой жира, которой трудно двигаться и дышать, которая еле передвигает ноги под собственной тяжестью. Слишком большая, неуправляемая информация похожа на хроническое переедание, при котором мышцы перерождаются в сало. Ум становится дряблым и пассивным иждивенцем чужих мнений и идей. Картины, которые человек увидел на экране телевизора, вращаются в его подсознании, всплывают в памяти, мелькают в сновидениях, как призраки. Мышление становится поверхностным, а язык — болтливым. Защитные силы психики истощаются, не будучи способными справиться с лавиной впечатлений.
Где место для безмолвия, для сердечной молитвы? Человек не видит самого себя, он как будто бы живет не в доме, а в театре с непрекращающимися представлениями.
Святые Отцы говорят о том, что существуют три вида деятельности ума: это созерцание, рождающееся в безмолвии молитвы, рассуждение и воображение, при этом воображение — самый низший вид мышления, соединенный с чувственными страстями и фантазией. Святые Отцы заповедовали пребывать в молитве, давать, когда это нужно в практической жизни, место рассудочному размышлению (при этом знать его меру и пределы) и бороться с воображением как со своим противником. А телевизор способствует обратному: развитию воображения, подавлению творческой силы ума и потере молитвы. Человек, проводящий время поста у телевизора, похож на обжору и пьяницу, который глотает все без разбора, даже не разжевывая куски, и при этом считает, что он держит пост по всем уставам Церкви.
о. Рафаил (Карелин)
По материалам сайта азбука.ру
Радио «Вера»


© 2015-2017. dishupravoslaviem.ru. Все права защищены.

Разработка сайта — студия Zanaat


Статистика просмотров сайта