Сайту требуется оплата, собираем посильную помощь ПОЖЕРТВОВАТЬ
Дышу Православием
Популярное:
<a href="http://thisismyurl.com/downloads/easy-random-posts/" title="Easy Random Posts"></a>

Действительность англиканского рукоположения

К оглавлению

ДЕЯНИЯ СОВЕЩАНИЯ ГЛАВ И ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ АВТОКЕФАЛЬНЫХ ПРАВОСЛАВНЫХ ЦЕРКВЕЙ В СВЯЗИ С ПРАЗДНОВАНИЕМ 500-ЛЕТИЯ АВТОКЕФАЛИИ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ


Доклад Представителя Болгарской Церкви Митрополита Сливенского Никодима: «Действительность англиканского рукоположения»

1. КРАТКАЯ ИСТОРИЯ АНГЛИКАНСКОЙ ЦЕРКВИ

Христианская Церковь в Англии до середины XVI в. была неотъемлемой частью Западной Церкви; с XII в. она все более и более подпадала под влияние Римской Церкви, которая постепенно усиливала свое влияние и авторитет не только как первой церкви, но и как церкви, руководствующей и властвующей над другими церквами в Западной Европе.

В начале XVI в. в Европе началась реформация. В Англии король Генрих VIII сначала боролся против лютеранства, но затем, по личным соображениям, выступил против папской власти. Папа не разрешил королю развестись с Екатериной Арагонской, но Архиепископ Кранмер ему разрешил этот развод и он женился на Анне Болейн. В 1534 г. вышел закон, которым король признавался главой церкви в Англии. Кранмер склонялся к протестантству. Под его влиянием король издал «10 членов», в которых было изложено учение церкви по некоторым спорным вопросам в полупротестантском смысле. Но Генрих VIII до конца своего царствования не благоприятствовал протестантству.

Однако при его сыне, короле Эдуарде VI (1547— 1553), Кранмер сумел повлиять на короля и при нем получила начало современная Англиканская Церковь. Архиепископ Кранмер добился расположения у опекуна молодого короля и начал действовать, сначала осторожно, чтобы потом полностью ввести протестантство. Были отвергнуты иконы и святые мощи, также и некоторые богослужебные обряды; .введено было чтение Библии на простонародном языке, исполнение богослужебных песнопений (например Credo) на английском языке. Насильно стали вводить причастие под двумя видами.

Цезаропапизм еще более усилился, благодаря постановлению парламента, в силу которого король мог 1) пользоваться всеми церковными землями и 2) назначать епископов.

Архиепископ Кранмер перевел виттенбергский катехизис Лютера, изданный им в 1539 г., и начал учить об евхаристии в духе Кальвина. Последователем Кальвина он заявил себя в 1548 г. в парламенте, в споре об евхаристии. Формально обособление реформированной церкви в Англии выразилось в издании на английском языке первой книги «Book of Common Prayer», книги общественных молитв, или Служебника, которая была узаконена парламентом. В этой книге совершение евхаристии по обрядности было сближено с совершением евхаристии в римской литургии, хотя и были внесены значительные изменения; так, из молитвы об освящении Святых Даров была устранена идея бескровного жертвоприношения. Новая литургия была насильственно введена во всем королевстве законом 1549 г., что сопровождалось террором и множеством жертв. Архиепископ Кранмер все более и более склонялся к кальвинизму; так, в евхаристии он признавал реальное присутствие Христа. В 1552 г. он переиздал «Book of Common Prayer» уже с новыми изменениями в протестантском духе; в ней не было уже упоминания об алтаре; были изъяты молитва об освящении даров, молитвы о живых (молитва о поминовении усопших была изъята еще в 1549 г.) и введена новая евхаристическая формула: «Возьми и вкушай это в воспоминание того, что Христос умер за тебя; насыщайся Им в сердце своем верою и действием благодати». В обряде конфирмации затемнялась идея об особенном излиянии Даров Святого Духа. Тайная исповедь стала необязательной.

19 июня 1553 г. вышло «Исповедание веры», состоявшее из 42 членов, составленное Кранмером в кальвинистском духе. Оно стало символом веры Англиканской Церкви. Вовремя царствования королевы Елизаветы число членов было сокращено до 39. В своем вероучении Англиканская Церковь подпала под влияние кальвинизма, но в богослужении и устройстве она имеет больше сходства с католической церковью, чем с лютерантством и кальвинизмом. Она сохранила трех-степенную иерархию.

При Эдуарде VI, который умер очень рано, оформление Англиканской Церкви не успело закончиться. Его преемница Мария Католичка (1553—1558), дочь Екатерины Арагонской, была ревностной католичкой. Она восстановила католичество и яростно преследовала реформаторов. 210 приверженцев церковных реформ были казнены, среди них и Архиепископ Кранмер. Но ее преемница Елизавета, дочь Генриха VIII от Анны Болейн (1558—1603), окончательно утвердила (санкционировала) Англиканскую Церковь, восстановив официально двумя парламентскими законами протестантство времен Эдуарда VI, т. е. реформу Кранмера. Одним законом опять было введено «Book of Common Prayer» от 1552 г., с
некоторыми изменениями, а другим законом — главенство (супрематство) короля в церкви. Королева Елизавета жестоко преследовала католиков и пуритан. Были сломаны и сожжены кресты, статуи и другие предметы культа, которые были поставлены в храмах при королеве Марии.

Епископы (кроме одного) не признали закона о королевском главенстве в церкви. Поэтому одни из них были умерщвлены, а другие — низложены. Нужно было создать новую иерархию. В 1559 г. королева Елизавета назначила Кентерберийским Архиепископом Матфея Паркера, который был рукоположен по англиканскому обряду. Паркер — родоначальник теперешней англиканской иерархии. Если его рукоположение признать правильным, то это значит признать непрерывность апостольского преемства англиканской иерархии. Поставлены были новые епископы, по убеждению протестанты, клирики, которые не приняли реформы, были сменены протестантствующими. В течение одной недели Паркер назначил более 120 клириков. Такую же чистку произвели и другие епископы.

В 1562 г. «Исповедание веры» Кранмера, состоящее из 42 членов, было исправлено Паркером и сокращено до 39 членов. В 1563 г. его подписали епископы, после того как оно было одобрено собранием клира. Парламент его провозгласил Символом Веры Англиканской Церкви. Это «Исповедание» должен был подписать каждый клирик, прежде чем быть рукоположенным в диаконский сан.

«Исповедание» представляло смесь католических и протестантских взглядов, что было сделано с нарочитою целью: правительство хотело примирить различные вероисповедные группы. Согласно этому «Исповеданию», 1) Св. Дух исходит и от Сына; 2) единственным источником вероисповедания является Св. Писание (отвергается Св. Предание и догматические постановления Вселенских Соборов); 3) принимаются Символ апостольский, Никей-ский символ и символ св. Афанасия Великого; 4) отвергаются почитание икон и св. мощей; 5) молитвы ко святым; 6) учение о чистилище и индульгенциях; 7) безбрачие духовенства; 8) признаются только два таинства, как верные знаки благодати, крещение и причастие; другие пять таинств — это благочестивые обряды; 9) в евхаристии отрицается пресуществление, Христово тело дается и принимается и употребляется только духовно, верой, а недостойные, даже если и причащаются, не принимают Христа; евхаристия не имеет характера жертвоприношения; «жертвы месс» — хульные басни; 10) учение о спасении имеет протестантский характер: оправдание по заслугам Христа только верой; 11) учение о предопределении выражено в кальвинистическом смысле.
Новое английское исповедание не примирило разногласий, а, напротив, стало яблоком раздора между самими членами Англиканской Церкви. Вначале и сама королева Елизавета не была довольна опубликованием этого Исповедания, потому что она еще верила в реальное присутствие Иисуса Христа в причащении, но перед мнением епископов отступила. Разногласие между самими членами Англиканской Церкви произошло из-з-а «Book of Common Prayer». Большинство епископов было заражено кальвинизмом и имело много приверженцев в клире. Ламбетское собрание епископов и богословов выразило кальвинистское учение о предопределении в 9 членах, принятое Кентерберийским и Йоркским Архиепископами. Эта партия хотела выбросить из «Book of Common Prayer» обряды и церемонии, как католические остатки, которыми утверждалась вера в реальное присутствие Христа и в бескровную жертву, совершаемую на литургии. Для нее это было идолопоклонством.

Члены Англиканской Церкви разделились на конформистов и нонконформистов, т. е. принимающих буквально Prayer-Book и отвергающих обрядность, определенную этой богослужебной книгой. В 1567 г. нонконформисты, или диссиденты, диссентеры (Dissenters) отделились от государственной Английской Церкви и образовали «чистую» (pure) церковь, которая является и по учению и по устройству кальвинистской. Поэтому их назвали пуританами, а также и пресвитерианами, так как они отвергали епископское управление и признавали носителем церковной власти только собор пресвитеров. Поэтому многие из епископов хотя и имели кальвинистское убеждение, чтобы сохранить свое положение, внешне объявили себя конформистами.

Королева преследовала католиков и пресвитериан. De jure все католики были осуждены на смерть, но в действительности они наказывались только отнятием приходов и лишением свободы. Однако, когда Пий V предал анафеме королеву Елизавету и объявил ее низвергнутой с престола (1570), много католиков было казнено. Гонение же, воздвигнутое против пуритан, еще больше усиливало пуританизм. В 1580 г. появилась крайняя секта, которая отвергала и соборное пресвитерианское управление, требовала для каждой религиозной общины независимости и самостоятельности в решении всех церковных вопросов. Они были названы индепендентами.
При королеве Елизавете еще больше укрепилось королевское супрематство над церковью. Для получения от короля ленного владения, королевской службы, прихода или университетской должности требовалась клятва в признании королевского супрематства. Теперь должны были давать такую клятву члены нижней палаты, учителя, судебные заседатели и все подозреваемые в приверженности к католицизму.

Английский король Яков (1603—1625), хотя и был сыном ревностной католички Марии Стюарт, но был ревностным приверженцем Англиканской Церкви, и с такою же жестокостью, как и королева Елизавета, преследовал католиков и пресвитериан. Гонение на католиков еще больше усилилось после так называемого «порохового заговора» католиков в 1605 г., когда они хотели взорвать парламент.

Официально Англиканская Церковь, можно сказать, была кальвинистской, но, под влиянием арминианизма, шедшего из Голландии, против кальвинизма в среде англиканского высшего духовенства создалась реакция.

Королевский капелан, позже епископ Чичестерский, отрицал принадлежность учения Кальвина о свободной воле и вере к учению Епископальной (Англиканской) Церкви. Его поддерживали и другие, епископы, хотя многие из них и были кальвинистами. Реакция против кальвинизма к 1618 г. вылилась в настоящую партию внутри самой Англиканской Церкви и получила название «Высокая Церковь» (High Church) во главе с епископом Laud’oM, именем которого называлась и «Школа Лода». Противная ей в Англиканской Церкви партия с кальвинистским мировоззрением называлась «Низкая Церковь».

«Высокая Церковь» особенно усилилась в 1633 г., когда епископ Laud стал Кентерберийеким Архиепископом. Англикане кальвинисты были очень недовольны королем Карлом I за то, что он поддержал Laud’a, обвиненного в арминианстве и папизме.

Пуритане сильно возненавидели короля Карла I, так как он был женат на католичке-француженке и покровительствовал Архиепископу Laud’y и обвиняли его за его ненависть к пресвитерианству и за склонность к католичеству. Вот почему они открыли религиозную борьбу против короля под лозунгом «No Popery/» (Никакого папства!). В 1640 г. они подняли восстание, король был арестован (1647) и казнен (1649). Англия стала республикой под председательством Кромвеля, вождя индепендентов. Архиепископ Laud был обезглавлен (1645) и Англиканская, т. е. Епископальная, Церковь была формально уничтожена. Пресвитерианство было объявлено государственной религией, и были разрешены все протестантские исповедания, но запрещен папизм (католичество) и прелатизм (англиканство). Это продолжалось до реставрации монархии (1660).

Король Карл II (1660—1685), при восшествии на престол, обещал свободу совести и восстановил Епископальную (Англиканскую) Церковь. И пуритане, и англиканцы потребовали пересмотреть Book of Common Prayer, одни, чтобы сделать его больше протестантским, а другие, чтобы приблизить его к католичеству.

Были внесены некоторые изменения с тенденцией сделать его менее протестантским. Измененная эта книга была насильственно распространена во всей стране актом об униформитете (1662), которым Епископальная Церковь признавалась единственно законной и для всех одинаково обязательной государственной церковью. 2000 лиц из пресвитерианского духовенства были низложены и изгнаны.

Карл II издал два других закона все с той же целью закрепить Епископальную Церковь, как государственную:

1) Акт об удостоверении (Test-act 1673 г.), в силу которого каждый чиновник должен был дать клятву, чтр он будет верно служить королю и признает его главой церкви, что не верит в предопределение и будет приобщаться в Высокой Церкви (Епископальной);

2) закон 1678 г. лишал католиков права заседать в парламенте.

Нужно заметить, что еще в царствование короля Карла II в Англиканской Церкви появилось богословское направление, согласно которому вероучение и дисциплина подвержены постоянному прогрессу и потому являются излишними, и символические книги должны быть уничтожены. Сторонники этого направления хотели даже вотировать закон, допускающий существование сект внутри Англиканской Церкви, но палата общин в 1688 г. отвергла этот закон. Это учение за его широкую веротерпимость называется латитудинаризмом, а партия, которая его разделяет — Широкою Церковью.

Так образовались в Англиканской Церкви три направления: Высокая, Низкая и Широкая Церковь. Первая поддерживала вероисповедание веры из 39 членов и Prayer-Book (Служебник), придавая большее значение Prayer-Book. Низкая Церковь стремилась еще больше сблизить Англиканскую Церковь с протестантством и для нее самым важным был англиканский символ из 39 членов. Широкая Церковь не придает значения догматическим и богослужебным различиям в протестанстве и стремится объединить все протестантские вероисповедания на основе общих для них бесспорных верований.

Карл II на смертном одре объявил себя католиком, а его брат, преемник его, Яков II (1685—1689) давно принял католичество. Своим актом о толерантности, изданном в 1687 г., он стремился восстановить католичество, но за эту попытку был свергнут с престола. Англикане вызвали из Нидерландни его зятя Вильгельма Оранского, убежденного кальвиниста. Он дал обещание сохранить Епископальную Церковь как государственную, а своим актом о толерантности в 1689 г. дал свободу и другим протестантским вероисповеданиям; но социнианство, как и католичество, было объявлено вне закона. Лишь в 1779 г. католики получают право терпимости, а соци-ниане получают его в 1813 г.

При Вильгельме Оранском большинство епископов стояло за веротерпимость (в отношении разновидностей протестантства) и вошло в унию с некоторыми протестантскими вероисповеданиями и предложило проект реформирования Prayer-Book, чтобы он был удобен для всех протестантских исповеданий (согласно понятиям лати-тудинаристов). Парламент был согласен, но Кентерберийская церковная конвокация протестовала против внесения изменений в «Book of Common Prayer».

При королеве Анне принципы Высокой Церкви восторжествовали. Большая часть парламента, созванная в 1710 г., состояла из людей этой церковной партии. Внесены были изменения в богослужение, как реакция против идей Кальвина: причастие принималось на коленях и ничком, целуя землю и ударяя себя в грудь; появились изображения возле алтаря. При короле Георге I (из Ганноверской династии) главой Англиканской Церкви был лютеранин. Это вызвало смущение и недовольство в Англиканской Церкви. Многие из клириков отказались давать клятву верности новой (Ганноверской) династии. Они поддержали принципы Высокой Церкви, но без церковного главенства короля. Их называли «неприсягаю-шими» (Non-jurors).

Латитудинаризм теперь начал все больше распространяться. Были клирики и много епископов приверженцев этого течения. Hoadly, епископ Bangor’a, публично отверг необходимость принадлежать к видимой церкви и ратовал об уничтожении вероисповедных формул. Он считал евхаристию только воспоминательным образом, без реального значения. Были высокопоставленные лица, которые считали возможным признать догмат о воплощении в арианском смысле и вообще не считать обязательными основные принципы христианства.

В течение XVIII в. в Англиканской Церкви, из партии Широкая Церковь вышли религиозные общества — методисты и евангелисты — для борьбы с распущенностью нравов. Методисты отделились от Англиканской Церкви, а евангелисты остались в ней, но были готовы войти в общение со всеми теми, кто, как и они, принимали кальвинистские принципы (пресвитериане, индепе-денты, анабаптисты). Они основали миссионерские общества, Библейское общество (1804), вели борьбу против рабства.

К 1836 г. приверженцы Высокой Церкви основали общество «Друзей церкви», которое имело целью поддерживать в неизменности учение, литургию и дисциплину Высокой Церкви. Из этого общества вышло течение, известное под названием «Оксфордского движения», или «Школы ритуальцев», а также «Англо-католической школы». Согласно этому движению, как это выражено в серии брошюр «Tracts for the Times» с 1934 г., существуют известные вероучительные положения, которые существенны для церкви. Евхаристия — жертва, благодать подается в таинствах, а не в проповеди. Против Оксфордского движения выступили евангелисты и латитудинаристы, которые объединились вместе для борьбы против этого движения, названного ими идолопоклонническим.

2. СОВРЕМЕННОЕ УСТРОЙСТВО И УПРАВЛЕНИЕ АНГЛИКАНСКОЙ ЦЕРКВИ

Современное устройство и управление Англиканской Церкви носит тот двусторонний характер, который отличает жизнь этой Церкви и в других областях ее жизни и который является результатом исторических условий, при которых протекало ее развитие.

С одной стороны, Церковь имеет то, что она восприняла от своего дореформационного прошлого: епископов, епископские советы (при кафедральных церквах), архидиаконов и благочинных, приходских священников, а для всей церкви — митрополитов (архиепископов), вместе с диоцезными соборами (конвокации) и вообще церковные соборы, состоящие из епископов (верхняя палата) и священников (нижняя палата). Это — органы церковной организации Англиканской Церкви, наследственное достояние всех иерархических церквей, принятое от древнецерковного устройства нераздельной Церкви.

В настоящее время Англиканская Церковь имеет в самой Англии (Church of England) две митрополии во главе с Ариепископом в каждой: Кентерберийскую (с 30 епархиальными епископами и одним Архиепископом, который является и настоятелем церкви) и Йоркскую (с 13 епископами). Кроме того, есть англиканская митрополия в Валлисе (с 6 епархиальными епископами). Многие из епархиальных епископов имеют викарных епископов (суфраганов) и, кроме того, церковь имеет большое число (более ста) колониальных и миссионерских епископов. Епископальная (Англиканская) Церковь имеется еще в Ирландии, Канаде, Австралии и Соединенных Штатах Америки.

В недрах Оксфордско-католического (высокоцерковного) движения в последнее время возобновляются мужские и женские монашеские братства и институт диаконисе.
Церковь в Англии — государственная церковь. Церкви в Валлисе, Шотландии, Ирландии, Австралии и Северо-Американских Соединенных Штатах не связаны с государством и имеют самоуправление.

Формального и полного канонического (организа-цоинного) единства между этими англиканскими церквами нет. Но для того, чтобы поддерживалось между ними нравственно духовное единство, периодически (каждые 10 лет, но по причине войн — реже) созываются так называемые Ламбетские конференции, т. е. собрание англиканских епископов со всего мира в лондонской палате Кентерберийского Архиепископа, носящей название Ламбетской. Эти собрания не имеют законодательной власти, а лишь являются совещаниями епископов по общецерковным вопросам и имеют лишь нравственный авторитет, но не имеют соответствующего фактического влияния в церкви.

С другой стороны, в связи с реформацией и восприятием королевского главенства в церкви (и даже вообще в жизни церкви) созданы организационно-административные начала в ней, которые стеснительны и небезопасны для нее самой, так как мешают стремлению к соединению с другими Христианскими Церквами.

В основу этих принципов нужно поставить, во-первых, главенство короны (вообще государственной власти) в духовной жизни и управлении церкви (§ 1 из супрематского акта королевы Елизаветы); и, во-вторых, приношение присяги со стороны всех церковных духовных и мирских служителей королю о признании узаконенного королевского главенства церкви.

Хотя в многолетней борьбе это учение о главенстве фактически потеряло свою остроту и в его современном виде не ощущается в церкви болезненно, но все же вызывает опасения.

Большая часть епархиальных епископов (хотя бы в определении их принимал участие соответствующий кафедральный совет) избирается по королевскому указу и назначается королем; а епископы епархий, открытых в более позднее время, назначаются прямо королем. В последнее время, благодаря парламентарному управлению в Англии, король и по церковным делам выполняет свои королевские функции по предложению соответствующих государственных министров. То же самое и при назначении епископов: назначается епископ, предложенный премьер-министром. А если принять во внимание, что премьер-министр не всегда бывает из членов Англиканской Церкви и что при выборе не всегда и не преимущественно руководствуется церковной точкой зрения, то станет понятным, до какой степени принципы такого порядка назначения епископов в Англиканской Церкви таят в себе опасность для жизни церкви.

Второй важный фактор в жизни Англиканской Церкви — конвокации: верхняя епископская палата, нижняя священническая палата и созданная в 1885 г. третья мирская палата, вместе образующие «Национальное церковное собрание».

Но конвокации могут собираться только с разрешения короля. А что еще важнее, это то, что решения конвокации подлежат одобрению (разрешению) короля, т. е. прежде всего парламента. К каким это ведет последствиям, ясно. Для примера следует вспомнить следующий случай последнего времени: самая важная символическая книга Англиканской Церкви (Prayer-Book), которая была исправлена в англо-католическом духе и в таком виде принята конвокациями, должна была два раза вноситься на одобрение английского парламента и дважды была им отвергнута (главным образом, голосами неангликанских протестантских депутатов, преимущественно из пресвитерианской Шотландии).

Вследствие этого значительная часть влиятельных англикан стоит за реформу существующих до сих пор отношений между государством и Англиканской Церковью в Англии. Но зная традиционно консервативный характер англичан вообще и самой Англиканской Церкви, трудно ожидать в этой области каких-либо скорых и коренных реформ. Необходимо также отметить, что супре-мативный характер королевско-государственных прав в Англиканской Церкви в Англии в настоящее время не считается ни в одном узаконении этой церкви за нечто вероучительное, а как только историческое наслоение, имеющее значение относительной целесообразности.

И тот факт, что есть совершенно свободные (отделенные) от государства и внутренне самоуправляющиеся англиканские церкви, как, например, такие церкви в Северо-Американских Соединенных Штатах или в Шотландии, лучше всего доказывает эту мысль.

Широкое распространение и углубление так называемого англо-католического движения (к которому принадлежит подавляющее большинство епископов и значительная часть богословов и священников), усилившиеся духовные связи и более частые встречи с Православными Церквами, общий консервативно-традиционный дух англичан вообще и Англиканской Церкви в частности, усиливают ортодоксально-эклесиастическии и сакраментально-иерархический дух англиканства и все более сближает его с началами, духом и преданиями Православной Церкви, от которой англиканство черпает силы и для своей новой, современной ориентации.

Поэтому везде на больших междуцерковных конференциях и собраниях англикане, очевидно, ищут общения и дружеских связей с представителями Православной Церкви и по многим важным вопросам даже и вероучи-тельного характера (часто вопреки двусмысленности или неясности их «39 членов») занимают одинаковое положение (или «фронт») с православными.

В свободных англиканских церквах Шотландии и Северо-Американских Соединенных Штатах не считают уже «39 членов» обязательной вероучительной символической книгой, а только историческим документом. Отсюда уже перед войнами, в церковных (богословских и епископских) кругах Англиканской Церкви в Северо-Американских Соединенных Штатах замечалось более положительное древне-христианское, близкое к православному понятие догматов веры, представителями которого являются, например, их богословы: Хол (Hol), Персиваль (Percival), Д. Стон (D. Stone) и др.

Те же направления, заметим мы, усиливаются все больше и больше и в современном англиканском богословии в Англии, в котором, вопреки прежней его беспринципности, да и современным противоречиям и контрастам, замечаются значительные сдвиги в сторону Пра-. вославия, как, например, восстановление древнеотеческой традиции, что вообще укрепляет принцип предания и в частности, Священного Предания Церкви; интенсивное занятие тайной «боговоплощения» (Hodgeson, Thornton) и на ряду с этим тайной святой евхаристии (Гибралтарский епископ Hicks) и вообще таинствами или сакрамен-тализмом в церкви (Canon и вообще вся богословская и церковная деятельность епископа Шарля Гора и его школы, а до некоторой степени и Глостерского епископа Гедлама); усилия Англиканской Церкви не только получить признание ее иерархии (законности рукоположения), но и войти в более тесную духовную связь и даже возможное церковное сотрудничество с Православными Церквами и т. д.

3. ПОПЫТКИ ПО УСТАНОВЛЕНИЮ СВЯЗИ МЕЖДУ АНГЛИКАНАМИ И ПРАВОСЛАВНЫМИ

Еще в начале XVII в. некоторые англиканские духовные лица проявили стремление к соединению с Православными Церквами. С этой целью происходил обмен мнений между, Цареградским Патриархом Кириллом Лукарисом и Кентерберийским Архиепископом Георгом Аботом. Результатом этого было то, что позже был отправлен в Англию для получения высшего образования Митрофан Критопул, позже Александрийский Патриарх. Также и преемник Абота Архиепископ Лод (Laud) был другом Православной Церкви, поддерживал ее ревностно в своих прениях с иезуитом Фишером. Милийский Митрополит Иосиф Георгитин, который в 1677 г. прибыл в Лондон, был радушно принят клиром, высшим обществом и народом. По его просьбе, отправленной Кентерберийскому Архиепископу Вильгельму Санкрофту, были приняты молодые греки в Оксфордский университет. Благосклонно относилась английская высшая среда и к иерархам Охридского диоцеза, которые ездили в Англию за милостыней. Тиваидский Митрополит Арсений прибыл в Лондон в 1714 г. для сбора милостыни для Александрийской Церкви и был принят королевой Анной, которая подарила ему 200 фунтов стерлингов. С ним вел переюворы о соединении Лондонский епископ Генрих Комптон, большой эллинофил, который дал место для постройки православного греческого храма в Лондоне. Шесть епископов из группы неприсягающих (non-jurors) отделились от государственной церкви и попытались соединиться с Православной Церковью. Они обратились в 1716 и 1722 гг. к Восточным Патриархам, а также и к русскому Святейшему Синоду. Сам Кентерберийский Архиепископ Вильгельм Уейк писал Иерусалимскому Патриарху Хрисанфу, прося православных греческих иерархов поминать его в молитвах своих и во время евхаристической жертвы. Цареградский собор 1718 г. решил, что обе церкви могут соединиться только тогда, когда Англиканская Церковь примет учение Православной Церкви в том виде, как оно определено Отцами Церкви и Вселенскими Соборами. В 1723 г. Восточные Патриархи отправили Англиканской Церкви вероопределе-ние Иерусалимского собора 1672 г., бывшего под председательством Иерусалимского Патриарха Досифея, представляя его как изложение веры Православной Церкви. По желанию Петра Великого, в Петербурге предполагался диспут между двумя богословами православным и англиканским. Англикане согласились, но диспут не состоялся, так как Петр Великий умер. Его преемники не интересовались этим вопросом. Безуспешны были переговоры англиканца Пальмера в 40 гг. XIX в. в Петербурге. Движение о соединении усилилось под влиянием вышедшего в 1865 г. сочинения англиканского богослова Pusey под заглавием «Eirenicon». В этом труде лучше всего выражены идеи Оксфордского движения и оно называлось по имени автора «пюзеизм». В 1863 г. было основано общество из представителей Англиканской и Православной Церквей (Anglican and Eastern Churches Association). Все это помогало усилению сношений между двумя церквами. В некоторых Православных Церквах были допущены и акты религиозного общения. Константинопольский Патриарх Григорий VI, по просьбе Кентерберийского Архиепископа Тейта, издал в 1869 г. Окружное послание, разрешавшее православным священникам погребать англикан, умерших в местах, где не было англиканских священников. Об этом же распорядился в 1870 г. и Св. Синод Элладской Церкви, уведомив Архиепископа Кентерберийского Тейта. Иногда в Иерусалиме разрешалось англиканским духовным лицам служить в Православных Церквах; даже греческие клирики совершали богослужение вместе с англиканским духовенством. Во время мировой войны Николай Велимирович, Жичкий епископ, пребывая в Англии, проповедывал в разных англиканских храмах, даже приобщался в англиканском храме. То же самое делали и сербы студенты Оксфордского университета. Сербский же Патриарх Димитрий на Пасху приобщал англикан.

Англикане делали большие усилия, чтобы привлечь Русскую Церковь к идее соединения. По случаю 900-летия Русской Церкви в 1888 г. состоялся обмен сердечными письмами между Кентерберийским Архиепископом и Киевским Митрополитом Платоном. В 1896 г. Лондонский епископ прибыл в Петербург, как представитель Англиканской Церкви во время коронации царя Николая II и привез послание Кентерберийского Архиепископа к Петербургскому Митрополиту Палладию. После этого Россию посетил Йоркский Архиепископ, а в 1897 г. Митрополит Антоний посетил Лондон как представитель Русской Церкви, по случаю юбилея королевы Виктории.

В 1903 г. Англиканская Церковь сделала предложение Цареградскому Патриарху о взаимном причастии (intercommunia), чтобы англиканец мог получить причастие от православного священника и, обратно, православный — от англиканского духовного лица. Константинопольский Патриарх отверг это предложение, ссылаясь на Иоанна Дамаскина, по мнению которого такое взаимообщение должно предполагать единство веры.
Вопрос о соединении с Православной Церковью был рассмотрен англиканскими епископами еще на первой Ламбетской конференции (1867), как и на последующих Ламбетских конференциях (1888, 1910, 1917, 1930).

4. ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ АНГЛИКАНСКОЙ ИЕРАРХИИ

Первый вопрос, разрешения которого православными англикане желают, это — вопрос о признании англиканского рукоположения каноническим.

Римо-католики со времени реформации считают Англиканскую Церковь протестантской, еретической. Но как во время королевы Марии в XVI в., так и позже, при единичных случаях перехода из англиканства в римо-католичество, те не поднимали вопроса о действительности англиканского рукоположения и принимали клириков в том же сане, в каком они были в Англиканской Церкви. Верно, что в начале XVII в., когда разгорелись богословские споры, некоторые отдельные римо-католические писатели отрицали действительность и правильность англиканского рукоположения, особенно останавливая свое мнение на рукоположении архиепископа Паркера, и старались показать, что во время реформации была нарушена иерархическая преемственность. Но лишь в конце XIX в. папа Лев XIII буллой «Apostolicae Curae», изданной в 1896 г., объявил рукоположение англиканского духовенства недействительным. Ясно, что этой буллой Римско-католическая Церковь старалась повлиять главным образом на ту среду англикан, которые отрицают протестантские элементы в Англиканской Церкви, вводят католическое богослужение и вообще склонны подчеркнуть значение культа и идеи о церкви так, как оно понималось до реформации. Но почти никаких результатов от этого папского заявления не последовало. Православные Церкви воздержались высказаться по этому вопросу. Когда англиканский епископ в Иерусалиме Блейк потребовал от Иерусалимского Патриарха признать англиканское рукоположение, Патриарх ему ответил, что этот вопрос может быть разрешен только всей Православной Церковью. Но папская булла дала повод англиканам обратиться к Православной Церкви с просьбой высказаться по вопросу о действительности их иерархии, а возникшее взаимное ознакомление усиливало по этому случаю постепенно у некоторых стремление к соединению этих двух Церквей.

В начале этого столетия Святейший Синод Русской Церкви назначил комиссию, которая должна была высказаться по вопросу, может ли Православная Церковь признать действительность англиканского священства.

Проф. Булгаков в 1898 г. писал по вопросу об англиканском рукоположении в связи с папской буллой и находил, что оно исторически не обосновано.

Проф. В. А. Соколов в то же время в своем труде об иерархии Англиканской Церкви пришел к заключению, что с исторической точки зрения нужно признать, что не произошло прекращения апостольской преемственности, но находил, что учение Англиканской Церкви о таинстве священства не отличается ясностью.

В 1904 г. профессор X. Андруцос издал брошюру на греческом языке о действительности англиканской иерархии. Эта брошюра была переведена на английский язык и издана в 1909 г.
В 1920 г. Константинопольская Патриархия послала специальную делегацию на Ламбетскую конференцию в Лондон. Эта делегация приняла участие в обсуждении вопроса о соединении церквей.

В сентябре 1921 г. проф. П. Комнинос, член этой же самой делегации, издал книгу, в которой доказывал действительность англиканской иерархии и рекомендовал Православной Церкви признать ее.

В ноябре того же года был опубликован официальный доклад делегации, в котором по этому вопросу высказывалось благоприятное, но сдержанное мнение.

Летом 1922 г. Константинопольский Патриарх Мелетий Метаксас, со своим Синодом, на основании мнения, высказанного специальной богословской комиссией при Цареградской Патриархии, сообщил письмом от 22 июля 2 г. Кентерберийскому Архиепископу Рандалу Дэвидсону, что «рукоположение епископов, пресвитеров и диаконов англиканского епископального исповедания имеет ту же действительность (силу), какую имеет рукоположение Римской, старокатолической и Армянской Церквей, поскольку находятся в них все существенные элементы, которые с православной течки зрения считаются безусловными для признания священства, проистекающего из апостольского преемства».

8 августа того же года Константинопольский Патриарх и Синод Окружным посланием это свое решение сообщили другим Православным Церквам. Ответили утвердительно на это послание Иерусалимская Патриархия в марте 1923 г. и Кипрская Церковь — в мае того же года.
После долгих переговоров Румынская Церковь назначила комиссию, которая, совместно с англиканской делегацией, с 1 по 8 июня 1935 г. рассматривала этот вопрос. Комиссия высказала мнение, что признает действительность англиканской хиротонии. Св. Синод не высказался окончательно, хотя англикане его уведомили, что в 1936 и 1937 гг. конвокации Кентербери и Йорка приняли и подтвердили доклад комиссии, в котором были высказаны православные мнения по поднятым вопросам: 1) о «39 членах; 2) о святой евхаристии; 3) о Священном Писании и Священном Предании; 4) о святых таинствах и 5) об оправдании.

В Болгарию в мае 1940 г. прибыла делегация англиканского духовенства и богословов, которые вместе с комиссией из представителей Болгарской Церкви совещались по вопросу о законности англиканской иерархии. Св. Синод, заслушав доклад смешанной комиссии, в заседании своем 20 июня того же года решил отложить окончательное определение по докладу, пока не будет известно мнение по этому вопросу Русской Церкви.

В общем, православные богословы, которые занимались вопросом о действительности англиканского рукоположения, придерживались мнения, 1) что исторически апостольская преемственность не прерывалась во время реформации в Англии; 2) что для того, чтобы признать действительными эти рукоположения, необходимо выяснить, до какой степени Англиканская Церковь признает священство за таинство, и 3) что этот вопрос связан с более общим вопросом о догматическом учении Англиканской Церкви по всем богословским вопросам, например, об авторитете Вселенских Соборов, о значении Священного Писания и Священного Предания и таинствах вообще, об оправдании и т. д.

Наше мнение таково: 1) в Англиканской Церкви раньше действительно преобладали протестантские понятия по всем этим вопросам; 2) в XVII в. пуритане, пресвитериане и другие индепенденты и разные секты, а в XVIII в. методисты отделяются от Англиканской Церкви, и она таким путем значительно очищается от крайне протестантских элементов; 3) в настоящее время после ста лет жизни и развития так называемого англо-католического движения большинство клириков оставило всецело, или частично, протестантские взгляды; 4) со времени, когда Англиканская Церковь поближе познакомилась с Православной, .влияние последней значительно помогло постепенному усвоению православного понимания по рассматриваемым вопросам. Так что в настоящее время, как это видно из решений конвокаций 1936 и 1937 гг., а раньше и из обсуждения вопроса на Ламбетской конференции 1930 г. о священстве, взгляд Англиканской Церкви, в целом, можно считать таким близким к православному, что если бы этот вопрос мог рассматриваться отдельно, не было бы никаких препятствий для признания действительности англиканского рукоположения.

Но в 1930 г. Ламбетская конференция взяла инициативу созвать православно-англиканскую конференцию для выяснения нескольких общих вопросов — по каким из них существует согласие, и по каким — различие между двумя церквами, имея ввиду будущее сближение между ними. Рассмотрены были следующие вопросы: об Откровении, о Священном Писании и Священном Предании, о Символе веры, учении о Святом Духе, о различиях в обычаях и обрядах церковных, отдельные вопросы в связи с святыми таинствами, об общении в таинствах в исключительных случаях на основе принципов Икономии.

5. ВИДЫ НА СБЛИЖЕНИЕ

Чтобы можно было когда-либо поставить на рассмотрение вопрос о intercommunion и полном единении, нужно, чтобы обе Церкви (а не только отдельные богословы) познакомились ближе, чем это в настоящее время. Англикане (уже не только англо-католики, но и англиканские епископы и конференции) считают, что необходимый этап к единению — это признание их священства. Если отбросить мысль, что эта их настойчивость стала плодом случайно разгоревшегося спора между англиканами и католиками в последнее время по этому же вопросу, все же англикане не смогут достаточно понять, что, с православной точки зрения, это возможное признание не имеет и не может иметь такого значения, какое они придают ему и какое имело бы для них, например, признание действительности их священства со стороны Римско-католической Церкви. Православная Церковь признает священство и католиков, армян и других, однако этот вопрос, с нашей точки зрения, не необходимо связывать с вопросом о intercommunion и не есть шаг к нему. Другое, чего англикане также не могут понять, это то, что Православная Церковь не есть (и никогда не была) федерацией поместных Православных Церквей, чтобы отдельно обращаться к ним с предложением о признании действительности англиканского священства. Но для них даже идея Вселенских Соборов является парламентарской идеей, которая не имеет ничего общего с духом Православной Церкви.

Достигнутыми до сего времени успехами относительно признания действительности англиканских рукоположении Англиканская Церковь не волнуется и не восторгается, что означает, что англикане сами сознают, как мало сделано посредством этих признаний. Англикане готовы обсудить все трудности, которые бы появились на пути сближения, о чем они ратуют, но выражают желание, чтобы и со стороны православных богословов был бы проявлен больший интерес (сделанное до сих пор кажется им малым).

Англо-католики будут вести и ведут борьбу с противным им течением евангелистов за интерконфеосиональные отношения. Это те англикане, которые чувствуют себя, прежде всего, англичанами и желают привлечь методистов и всех нонконформистов в Англиканскую Церковь, понятно, сделав им соответствующие уступки в протестантском духе. В данный момент англо-католики в зените их успехов (но в душе и они сочувствуют идеалу про-тестантствующих); до каких пор это будет продолжаться, также неизвестно. Только, когда англо-католики успеют взять верх в Англиканской Церкви, а это при благоприятном стечении обстоятельств не может произойти раньше, чем через два поколения, только тогда можно серьезно обсуждать вопрос о сближении и о возможном единении англикан с православными. Но, с другой стороны, необходимо иметь в виду и официальное сближение Англиканской Церкви с Скандинавской протестантской церковью. Протянутая в настоящее время со стороны англикан рука должна встретить дружелюбно протянутую руку со стороны православных. Дружелюбные отношения при более близком знакомстве помогут тому, что англикане приобщатся к православному богослужению, а православные познакомятся с их вероисповеданием, испытанным на практике. Если даже только это будет достигнуто, то и этого достаточно. По-моему, «догматические различия», т. е. предпосылки в мировоззрениях православных и англиканских богословов, едва ли когда-либо будут преодолены. Но в будущем этот вопрос может быть поставлен и в другом освещении, в более широком историческом кругозоре.

При рассмотрении вопроса о возможных церковных связях между православными и англиканскими церквами имеет значение и следующее соображение: при теперешнем внутреннем положении Англиканской Церкви (а в известном смысле и самих Православных Церквей) не может быть надежды на «соединение» и полное (сакраментальное) общение этих двух Церквей. Но, с другой стороны, определенный поворот к Православию, который заметно делает в самое последнее время Англиканская Церковь, и священный миссионерский долг Православной Церкви (во имя ее кафоличности) во всем мире, и не меньше в инославном, обязывает каждую Православную Церковь искать случая быть свидетельницей и спутницей древне-церковной (кафолической) истины, наследницей и носительницей которой она является, а особенно делать это в местах, где сама обстановка явно благоприятствует этому, и в местах, важных в общехристианском мире, каким являются на земном шаре англиканские церкви.
Это может быть сделано, по крайней мере, в тех формах, в которых с очевидной пользой и для Православия происходило до настоящего времени, как например, со стороны большинства Православных Церквей оно выражалось в дружественных встречах, церковно-богословских разговорах, взаимных знакомствах и т. д., прямо с представителями из Англиканской Церкви (архиереи, богословы и т. д.).

Да поможет Бог сближению всех исповедующих Христа Воплощенным Словом, чтобы они нашли в себе силы стать «одно», согласно первосвященнической молитве Господа Иисуса Христа.


Митрополит Николай: От имени Святейшего Патриарха Алексия вносится предложение: незаслушанные два доклада об англиканской иерархии перенести на завтра, и завтра, в субботу, начать работу раньше — в 10 часов 30 минут.

Предложение принимается.

Святейший и Блаженнейший Католикос-Патриарх Каллистрат: Объявляю сегодняшнее заседание закрытым.

Заседание закрывается.

Радио «Вера»
Наши друзья


© 2015-2019. dishupravoslaviem.ru. Все права защищены.


Статистика просмотров сайта


Яндекс.Метрика